Александр Книга: 50-20=30 - самое время дерзать

Энергичный, непоседливый, зажигающий идеями, умеющий в наше нелегкое время находить деньги на культурные проекты, сделавший из ничем не примечательного провинциального театра гордость города. 26 марта 2009 года, накануне Международного дня театра, Александр Книга праздновал свой юбилей. Перед входом в театральный храм – полотнище с цифрами «50 - 20» (50 лет – это возраст, а 20 – это тоже юбилейная дата, 20 лет Александр Андреевич на посту директора театра). У театралов математика своя: 50-20=30, значит, празднуем 30-летие, и никого господин Книга не обманет словами: «Я же уже пожилой человек…» - все равно никто не поверит.
Томное ожидание, гадание, на каком же лимузине приедет директор – на белом или черном. Оказалось все гораздо проще и демократичнее – приехал на служебной «шестерке». А дальше – и хлеб-соль, и чарочка, и батогом по спине (для любимого директора ничего не жалко). При входе в театр заставили расписаться в книге учета рабочего времени, отчитали за опоздание, приняли «новорожденного» в заботливые руки медсестры (температура и пульс в порядке), отчитались за все что можно – и под белы рученьки провели в зрительный зал, на персональный трон. Удивили.
А то, что театр сотворил на сцене, стоит особых слов. Тут, как говорится, «лучше один раз увидеть». Программа для одного зрителя, в которой приняли участие не только актеры, но и все театральные службы, Александра Андреевича растрогала, а в режиссера Олега Мишукова вселила идею: «Войну и мир» можно ставить, есть массовка, и какая!
В общем, много теплых слов, цветов, подарков и поздравлений. Искренних. А это важно. Ведь сегодняшние успехи театра херсонского связывают именно с именем его генерального директора – художественного руководителя Александра Книги.

Александр Андреевич, 50 лет, можно подводить итоги, считать достижения.
Я горжусь многими вещами. Тем, что у нас прекрасный коллектив. Некоторые режиссеры говорят, что страсти должны быть накалены, кровь должна кипеть – и только так рождается творчество. Ерунда все это. Война внутри коллектива никогда не ведет к созиданию – это уходит в песок, и зритель не получит ничего. Только содружество, сотворчество и солюбовь могут родить творчество на сцене.
Достижений много и в моральном плане, и в финансовом. При всей сложности финансовой ситуации в области мы добились того, что получаем академическую зарплату, в то время как большинство академических театров Украины ее не получает. Но губернатор и облсовет идут навстречу, понимают (мы финансируемся из областного бюджета, хотя не без проблем, когда бюджет не принимается). И я благодарен людям за то, что они поддерживают наше горение. Если бы не было такого внимания власти, может быть, и мы бы скисли...
Определенная стабильность дает возможность выплеснуть всю энергию на сцену, создавать знаковые спектакли. Я не скажу, что раньше таковых не было, просто на них больше усилий тратили, и хорошие спектакли были рассыпаны, как бриллианты в песке. А сегодня у нас сумасшедший репертуар – 42 спектакля. Для театра прокатного это очень много. Их тяжело содержать. Но вместе с тем волна зрительского интереса подхлестывает нас, и мы идем вперед. В позапрошлом сезоне – 16 премьер, в прошлом – 15, и это в то время, когда театры в Украине, в среднем, ставят по 3 премьеры в год, а в Одессе так вообще на год взяли тайм-аут – никаких новых постановок. А мы не можем себе этого позволить, потому что приучили херсонского зрителя, он живет от события к событию, он ходит на премьеры и смотрит полюбившиеся спектакли, а некоторые постановки живут очень долго: «Кайдашева сім’я» - 15 лет в репертуаре, «Любовь и голуби» - 12 лет. Мы их ставим два раза в месяц и собираем полные залы, на кассу люди идут, на кассу – даже уполномоченные редко продают билеты. И зрительский интерес держится. Мы не говорим, что из 15 премьер у нас 2 или 3 удачные. У нас 90%, даже 100% - удачные премьеры. Бывает же так: выпустили спектакль, 2 раза сыграли - и забыли о нем. И у нас были такие проекты, к сожалению. А сегодня нет – и это результат титанической работы коллектива.
Значит, эти 20 лет в театре прожиты это не зря…
Я недавно столкнулся с необходимостью решить вопросы, не касающиеся театра, оформлял документы. Я хоть и публичный человек, но из театра выхожу редко: заходишь утром, выходишь ночью, погода поменялась – а ты и не заметил. И поэтому когда я пошел по инстанциям, по которым никогда не ходил, вдруг ощутил, что я человек узнаваемый. Честно говоря, мне сказали, что надо готовить деньги… Но я никому даже шоколадки не купил. Захожу: «Ой, Александр Андреевич! А мы у вас вчера были! Так здорово! А что вам надо сделать?» И пока я сидел и рассказывал о театре, люди бегали и оформляли мне документы. Тогда я понял, что не зря эти 20 лет работал без выходных. А когда я рассказал товарищу об этом, он сказал: «Ты за это заплатил своим потом, своим многолетним трудом». И я задумался, действительно, не зря потрачены эти 20 лет. Некоторые меня не понимают, говорят, что со своей энергией мог бы сейчас бизнесом заниматься. И у меня много таких предложений было. А я говорил, что знаю только эту работу: я занимаюсь культурным продуктом.
Снижать темпы не собираетесь?
Мы просто не можем остановиться. Это похоже на толкание вагонетки вверх. Чтобы она ехала – надо толкать. Если остановишься – она скатится вниз. Только работать. Мы достигнем вершины, отдохнем, но впереди новая вершина – и вновь толкать вверх. Останавливаться нельзя. Жизнь в театре кипит. В этом водовороте событий надо согласовать прокат, репетиционный процесс, ежедневно идет 1-2 спектакля, плюс беремся за организацию праздников. Как ни крути, сегодня театр – культурный центр в Херсоне. Мы делаем очень качественный продукт - не зря по всей Украине работаем. Весной проводили праздник в Крыму – 225-летие севастопольского порта.
Неужели в Севастополе своего театра нет?
Театр, конечно, есть. Но не такой. Нет ни оркестра, ни балета. Руководство Севастопольского порта, побывав в прошлом году на юбилее порта херсонского, пришло в восторг от увиденного и пригласило наш коллектив творить праздник и для себя. Мы решили не акцентировать внимание на этом факте: раз сказали о Херсоне – и достаточно. Но на протяжении всего празднования имя Херсона звучал неоднократно – из уст самих севастопольцев. Мол, колыбель черноморского флота родилась в Херсоне, и сейчас Херсон подтягивает Севастополь к культуре. А в Южноукраинске мы 15 лет подряд, за исключением одного года, проводим день энергетика. Когда пришел новый директор, они от наших услуг отказались, пригласив киевлян, - и об этом пожалели. Мне в 11 ночи звонит один из замов и говорит: «Саша, ты будешь смеяться, но я тебе звоню сказать, что вы лучшие. На следующий год – только вы».
Реализация любой идеи упирается в деньги…
На все премьеры наш театр деньги зарабатывает сам - как ни один театр областного подчинения города такого уровня. Например, в Одессе украинский театр зарабатывает 300 тысяч в год, а мы – 1 миллион 800 тысяч. Там люди живут за счет аренды: 10 дней в месяц играют спектакли, а 20 дней сдают аренду. А мы каждый день живем как на вулкане. Плюс поддерживает нас Попечительский совет – спасибо им огромное. Пришел вот Валерий Боржков на спектакль, посмотрел на оркестр и спрашивает: «А почему во втором действии артисты поменяли костюмы, а оркестр – нет? Принесите мне счет, я плачу за пошив белых костюмов для оркестра». Мы пошили костюмы. Так, зажигаясь сами, мы зажигаем людей, и они хотят делать добрые дела. Они понимают, что все это - для их самоудовлетворения, для их детей.
И никогда не было даже мысли бросить театр?
Лет 5 назад был такой малодушный период, когда поднялась мышиная возня в прессе. Я думал: за что, почему такая несправедливость? Руководить театром очень сложно, это живые люди, 250 человек – и все творческие личности, к каждому нужен подход. Мысль уйти была. Есть семья, могу заработать деньги, лучше буду мотаться по гастролям, но не иметь проблем. А потом решил: не дождетесь. Я за эти годы театр перебрал ручками от цоколя до крыши. Он трещал – я залил 360 тонн жидкого стекла. Я ездил по институтам, по заводам, договаривался. Сейчас мы уже крышу сделали, и котельную, добрались и до капитального ремонта - понемногу театр облагораживаем. И власть это, слава Богу, понимает, и общественность. Мы смело можем сказать, что деньги на театр потрачены недаром: они возвращаются хорошими эмоциями наших зрителей, резонансом, имиджем города и области.
Непросто понять: Вы хозяйственник или творческая единица?
Я творческий хозяйственник. Это тяжело разделить. Я знаю директоров – чистых хозяйственников. Я все-таки режиссер по образованию и начинал как режиссер – пусть в самодеятельности, пусть в театральной студии. Я для себя когда-то решил, что в театре не буду ставить спектакли. Посмотрев на структуру главных режиссеров, я понял, что каждый главный режиссер тянет одеяло на себя – потому что он главный. Режиссеров должно быть много и разных. Я сам не ставлю спектакли, у меня нет творческой зависти, я горжусь каждым. Я с ними – сотворец. Потому что режиссер еще до задумки приходит сюда, если у него горят глаза – я зажигаюсь точно так же. И тут идет уже совместный процесс. Я занимаюсь режиссурой, но их руками. Я играю уже в другой театр – выстраиваю внутреннюю жизнь театра, я понимаю, что театр должен играть роль в городе. И это тоже своеобразный театр: втягивание власти в любовь к театру.
Точно так же привлекаю и попечительский совет. Это прежде всего мои друзья. И я их никогда не подвожу и они всячески помогают – где идеологически, где деньгами, где советами, где еще чем-то. Они помогают театру. Им это нравится. Они знают коллектив. Я стараюсь, чтобы они приходили на праздники, чтобы их праздники были как-то отмечены коллективом. Вот это и есть сотрудничество, сотворчество. И как тут разделить творчество и хозяйствование? Я сам родил массу идей. Я это люблю, я увлекаюсь, сочиняю праздники, придумываю фестивали и их реализовываю. От моей подписи зависит, какой костюм будут изготавливать, что будем петь, примем макет, какой он есть, или его будем переделывать и адаптировать. Это все творческая сторона, а хозяйственная – мне еще нужно решить вопрос, как это воплотить. Как говорится, «кофе могу себе в постель подать, но для этого нужно встать, одеться, приготовить, раздеться, лечь и выпить». Точно так же и в театре: осуществить можем все, но для этого надо встать, одеться, объездить город, найти деньги, найти материалы… А если я что-то наметил – я добьюсь того, что хочу.
Вашему оптимизму можно позавидовать…
Да, я принадлежу к числу оптимистов. И понимаю, почему в некоторых театрах плохо, почему к ним зритель не идет: сидят в кабинетах и плачут. Нужно привлекать власти, воспитывать зрителя. И мы воспитываем, начиная со школы. Сегодня культурный уровень наших школ и детей вырос. Недаром потрачены годы и усилия. Я радуюсь за современную молодежь, я уверен: и театр будет жить и развиваться, и город, и Украина. У нас сегодня полные залы – значит, зрителю хочется чего-то вечного, доброго и умного.
Правда, что даже со своей женой Вы познакомились в театре?
Мне Оксану подарили. На 60-летие театра, ровно 13 лет назад приехала фирма с необычным поздравлением. Я их предупреждаю: у профессионалов есть закон: то, что не репетировалось, на сцену никогда не выйдет. И пока мы ждали губернатора, меня Саша Солярчук ловит за сценой: «Вот красивая девушка, это оригинальная открытка (ее спина была расписана - боди-арт тогда входил в моду), мы просто выйдем на сцену и «подарим» ее вам. А вместе с тем это будет и реклама нашей фирмы». Уговорил - девушка симпатичная. Потом выводят ее на сцену, «дарят». Я еще пошутил, что подарки не возвращают. И когда заканчивалось мероприятие, когда все друг друга поздравляли, она тоже поздравила, поцеловав. А я боковым зрением смотрю, что в кулисе стоит моя жена и смотрит… В той семье уже были проблемы достаточно серьезные. А через три дня сижу в кабинете, заходит Оксана. Ее появление было каким-то знаком. «Здравствуйте, Александр Андреевич, у вас нет работы в театре? Я готова на любую работу» - «В костюмерный цех пойдешь?» Это самая тяжелая работа, там вечно кадров не хватает. «Пойду». Потом мы начали встречаться, так родилась наша семья.
И в ней царят мир и любовь?
У меня прекрасная семья. Семьи рушатся, когда проблемы создаются на пустом месте. Что делить, если мы любим друг друга, если есть хлеб на столе? И незачем притягиваешь к себе отрицательную энергетику, надо радоваться жизни. Будем радоваться мы – будут радоваться и окружающие. Надо думать о хорошем, ставить классные задачи и достигать их. Я не скажу, что у нас все мирно и гладко, порой ссоримся из-за пустяков. Потом сам думаю: чего надулся? Не так подали есть? А я уставший пришел с работы! Господи, какая ерунда! Она же тоже дома целый день крутилась – и постирать, и погладить... Обнял – и проблемы ушли. Мне комфортно в семье, я создал мир, в котором живу.
Говорят, что за спиной каждого успешного мужчины стоит женщина. Оксана оказывает на вас влияние?
Я согласен с тем, что женщина формирует мужчину. Она заставляет двигаться, даже энергетически, она дает мужчине какой-то толчок. Когда рядом молодая обаятельная женщина – надо быть под стать ей. А она молодец, она занимается в семье духовными вещами, строит отношения с людьми, воспитывала моих детей, потом родился Ванька. А я счастлив, что дети при мне. Пацаны у меня – помощники. Дома все делаем своими руками, у нас огромный двор, садим цветы, косим траву, поливаем – все вместе.
Значит, Вы молоток держать в руках умеете?
Абсолютно. Я не понимаю мужчин, которые говорят, что не умеют гвоздя забить. Могу пилить, строгать, сделать стул, стол, штукатурить, красить. Я дом свой построил своими руками вместе с родным братом – за исключением специфических вещей, в которых строители принимали участие.
А то, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок – в вашем случае, это правда?
Я не чревоугодник, но люблю хорошо покушать. Хотя получается это не всегда. Я могу позавтракать, а потом аж поздно ночью поужинать дома – обедать некогда. Но жена у меня очень хорошо готовит, я люблю ее борщ, всякие супчики. И сам готовлю достаточно неплохо, когда есть свободное время, – моя фирменная юшка, мясные блюда (я считаю, что мужчина готовит мясо лучше, чем женщина, поэтому шашлык, буженину – это всегда делаю я).
30 лет в культуре. А дети?
Хотелось бы, конечно, чтобы дети были рядом. Я не могу без них. И хоть брак у меня не первый, дети все при мне. Даже старший ребенок пришел ко мне после окончания школы. Женя прошла через самую грязную работу – в костюмерной, в театре. 6 лет молча, закусив удила, несмотря на фамилию, работала. Через некоторое время решила поступать в гуманитарный вуз. «Рыбочка моя, - говорю, - ты знаешь, где университет». Я принципиально за своих не хожу. Но мне приятно, когда дети делают успехи. Саша, младшая доченька - моя гордость, закончила с отличием стационар, получила специальность психолога, успела родить двоих детей. Женька тоже окончила университет, уже год работает в Донецке, но, наверное, вернется в Херсон, в театр. Андрюшка сейчас заканчивает 11 класс лицея, он у нас математик – воспитываю своего будущего финансового директора - для театра ли, для бизнеса ли. Младший, Ванька, наверное, будет каким-то супербанкиром. Он уже ребенок нового поколения. Вот мы говорим о детях индиго (он родился в 2000 году), так Ванька иногда нас с Оксаной ставит в тупик. Что-то по урокам не сделал, Оксана его вычитывает (физических мер воздействия нет – я только грожусь, что когда-нибудь сниму ремень), а он говорит: «Вы нарушаете мои права ребенка. Нам в школе зачитывали права, и не надо мою личность ломать». Вот так. Но на этом мы с Оксаной не останавливаемся, в этом году ждем девочку, пятую. Девочки вылетели из гнезда, мы с пацанами остались. Теперь хозяюшка нужна, помощница.
Александр Андреевич, Вы никогда не страдали отсутствием новых идей. Есть ли что-то принципиально новое на сегодняшний день?
Сегодня на 50-летнем рубеже (я считаю, что это половина жизненного пути) я нашел себе новую цель, увлекся новым проектом – туристическим комплексом. То ли это «Олешківська січ» будет, то ли «Козацька фортеця» – своеобразный стилизованный центр. У нас же туристически привлекательный регион. В каком еще регионе есть моря, речка, степь, рукотворный лес, пустыня? Даже избалованных крымчан мы нашими достопримечательностями удивляем. Я загорелся и, не имея больших денег, ищу инвестиции, надеюсь на какие-то гранты, шевелю все что можно, но хочу, чтобы уже через короткий срок мы могли принять туристов, показать им пустыню, Буркуты, Чумацкий шлях. А у нас еще масса раскопок есть - и палеолит, и бронзовая эпоха (на территории пустыни раскопаны древние стоянки), и скифы здесь были. Скоро 925 лет Олешкам, когда копнули историю – такое нашли! Кто знает, что здесь был древний город – порт на пути из варяг в греки, ворота Киевской Руси? Все киевские князья отсюда плыли в Византию, в Грецию. А кто знает, что единственную битву проиграл Чингисхан под Олешками? Уже потом перебили все поселение. Это же богатейшая история, ее надо пропагандировать. Алешковскую сечь мы знаем чуть больше, но все равно мало. Мы хотим возродить культурные традиции, и это новое направление рода деятельности может потом перерасти в семейный бизнес. Я хочу, чтобы дети занимались этим, чтобы они любили этот край и чтобы его пропагандировали.