Полон зал поэтов... Поэтов?
Ну что, в четверг вечером мы загрузились в поезд, едущий в Неспящий Город Херсон. Там прошло несколько чудных дней чудного фестиваля, отчет о котором здесь и выложен. Поднятая проблема для меня действительно болезненна.
Что можно сказать про фестиваль? Он был.
Что можно сказать про участников? Они есть.
Что можно сказать про город? Он есть и будет есть.
Мои впечатления? Кажется, в таких случаях высказываются торжественные респекты. Не отойду от традиции, выскажу. Спасибо Оле Швец, которая подорвалась на это весьма благодарное занятие, спасибо городу Херсону, его улицам, троллейбусам, круглосуточным магазинам (вернее, магазину, одному, по-видимому, на весь город) и гопникам. Центру «Аюрведы», где нас вписали, и его сандаловым благовониям, которые не угробили нас в первую ночь, хотя очень старались. Чайной церемонии и небожителям, которые позвонили нам после шестой чашки, приняв облик Виталия Ковальчука.
Сам фестиваль?
Мое бедное ИМХО рвут на части противоположные эмоции, трудно заталкиваемые в одну фразу. Каждый отдельный поэт понравился больше, чем фестиваль в целом. Кажется, так. Потому что слушать каждого в отдельности было несказанно. С удивлением обнаружила, что живу в одном городе с людьми, которых слышала в первый раз, и в которых просто влюбилась – это поминавшийся уже небожитель Ковальчук и Роман Трифонов. Открыла для себя чегеваристого Пашу Сухно в белых перчатках; помянула бы еще многих, но не хочется затягивать перечень. В общем, сидеть в зале и слушать это было радостно.
Полон зал поэтов.
Поэтов?
Сидит народ, который сочиняет, и читает друг другу сочиняемое. И все бы хорошо, да только пресловутая поэза есть не только сочинительство (читай – придумывание), но и жисть, жестянка, деревянная железка она, товарняк через город, «гопники на вулиці Суворова» (копирайт – Трифонов). А у нас, товарищи, кроме сочинительства, редко-редко что проглянет, аки солнышко ясное. Когда ж проглянет – бац, обнаруживается, что не надо на сцене орать и на голове ходить. И так услышат. Врем мы, ребята, увлекательно и ярко, офигительно красиво врем, забыв, что мы есть, и забыв, что за каждую запятую ответственны перед Богом, линяющим на нас мокрым снегом.
Оттого и нужны разве что друг другу.
А фестивали такие, они что ж, они нам нужны позарез. Кому нам тогда еще свое сочинительство останется читать?
Анна Долгарева, Харьков |
